Ну, позвольте тогда спросить, и какой нынче пошел учащийся? Ой, и не спрашивайте. Все о девочках думают, более ни о чем. А девочки что же? Как, что девочки? Ну, а девочки, девочки-то о чем думают? Я же сказал вам, о девочках все думают. Ай-яй-яй, Изя, добрый мой сапожник, до чего скатилась наша старая добрая среднейшая школа! Вы знаете, Александр Ильич, меня всегда волновал вопрос отношений между ученицами и учителями, скажите, в вас часто влюбляются? Да, бывает, признаются... Вы не стесняйтесь, милый литератор, подливайте себе еще, нам не жалко, у нас много. И что же вы тогда делаете? Когда? Ну, когда девочки признаются... А, обычно я отр..., ой, впрочем, ничего, убеждаю их в тщетности, обращаю их внимание на мальчиков, вы знаете, такие талантливые мальчики - вот, Коля, например.

Так-так-так, и что же Коля? Да вы не стесняйтесь, давайте еще поднимем, за Колю. Не пьете? Дорогой мой, это подозрительно. Давайте, давайте, вот та-а-к. Замечательно. Так что же Коля? Коля, знаете ли, очень, очень талантливый мальчик, изобрел машинку для самоудовлетворения. И пользуется ей на уроках. Почти все мальчики теперь ей пользуются на уроках. А Коля обещал к новому учебному году разработать модель для девочек. Простите мне мою назойливость, уважаемый Александр Ильич, а что же мешает вашим воспитанникам и воспитанницам использовать, так сказать, э-э-э, естественный путь? Что вы, юноша, им стыдно, они такие скромные... Хотя, впрочем, естественным путем тоже. И что, простите, тоже на уроках? Ну нет, что вы, они любят предмет, знаете ли, Моппасан, Ги Де, Мариэтта Шагинян, письма к Ленину, это ведь все очень романтично, как раз для их возраста. Изя, славный ты мой, ты что-то хочешь сказать? Изя не хочет, Изя уже говогит - годной мой, а в чем, по вашему, состоит искусство пгавильного пгоживания? Как-как, позвольте переспросить? Не позволю, мне тгудно говогить, отвечайте на поставленный вопрос. Или вы хотите что-то скгыть? Нет-нет, что вы, я клянусь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.