Волин помахал рукой оторопело глядевшему на него майору и быстро прошел к выходу. Через несколько секунд его высокая фигура уже плыла вместе с лентой посадочной дорожки к стеклянному зданию, где находились самолеты.

Некоторое время майор сидел неподвижно, сосредоточенно припоминая что-то.

— А ведь действительно он, — пробормотал наконец майор, потирая ладонью бритую голову. — Мне он сразу показался чем-то знакомым. Ну и встреча! Через девятнадцать лет… Черт побери, надо было ему сказать, что он тогда легко отделался. Расхлебывать кашу мне пришлось, — майор помрачнел и налил коньяку.

Девушка-официантка подкатила столик-коляску. Стала убирать со стола.

Майор, насупившись, глядел на нее.

— Вам еще что-нибудь? — спросила девушка.

— Нет, — буркнул майор. — А хотя да… Вы случайно не знаете того высокого седоватого пассажира, который сидел со мной? Я заметил, вы все поглядывали на него.

Девушка улыбнулась:

— Знаю… Его многие знают… Я думала, вы тоже.

— Кто же он такой?

— Академик Волин — океанолог. Вот здесь о нем написано в газете. Его назначили председателем правительственной комиссии, которая будет вести спасательные работы на «Тускароре».

— Значит, Волин, — пробормотал майор.

«Ну конечно, Волин, — думал он раскуривая папиросу. — Когда наш генерал, вместе с этим морским чертом адмиралом Кодоровым, песочили меня за Онекотан, адмирал упомянул про академика Волина. Я еще удивился про себя — однофамилец или родственник того парня. А это, оказывается, он сам и есть… Дела… Кандидаты наук из моих парней получались. Это я точно знаю. Но чтобы академик! Выходит вы, товарищ майор Нестеренко, и будущих академиков воспитывали».