- Звездолеты, - согласилась Катринко. В объединенном зрительном поле подключенных друг к другу спексов появилось меню. Пальцы Катринко пробежались по беспокойным искоркам на стенах. - Ты только погляди!..

- Что это?

- Термоподписи. Маленькие двигатели… - мир, отображенный в зрительном поле, совершил небольшой оборот, - а вот там сколько разной живности ползает! И те, большие, видишь, Пит? Похоже, охраняют!

- Роботы.

- Ага…

- Что они делают там, черт подери?

- Ну, приятель, я вот что думаю. Если посмотреть из какого-нибудь звездолета через вон те окошки, вернее, в иллюминаторы, то ярких звезд точно не увидишь. Открытый космос. Но у нас есть спексы, а потому все кругом мы видим насквозь. И знаешь что, Пит? Все это каменное небо просто кишит разной техникой.

- Ничего себе…

- Вот только никто в этих звездолетах не способен глядеть вниз. В глубинах пещеры происходит немало странного. На камнях и в расщелинах - океаны кипятка.

- Может, просто вода, а может, какое-то вонючее варево, химическое, - заметил Пит.

- Биохимическое варево.

- Автономная, самоконструирующаяся протеиновая биотехнологическая система. Строго запрещенная Манильским паритетным соглашением от две тысячи тридцать седьмого года, - заметил Пит. Эту фразу он выдал с завидной легкостью: все-таки за плечами было немало инструктажей, можно было отрепетировать.

- Настоящее море горячего, незаконного, самособирающегося дерьма!

- Ага. Того самого, с которым наши свихнувшиеся на секретных технологиях ребята играли в подземельях под Скалистыми горами последние десять лет.

- Ну, Пит, все немного обходят соглашения. В НАФТА мы хитрим, но от этого никакого вреда - все равно что гнать самогон. Но здесь - масштабно! И одному Господу известно, что скрывается в космических кораблях!

- Наверное, люди, малыш.

- Ага.

Пит медленно втянул влажный воздух.

- Да, Тринк, здесь все серьезно. Первоклассно, честно. Мы заработали на этом деле очки - да такие, что войдем в историю.