- Ради всего, малыш, ты не можешь ехать помедленнее? - хныкал Маркс. - Хватит с меня сенной лихорадки, а тут еще ты хочешь из меня кишки вытрясти.

Вместо ответа Малларган чуть-чуть придавил педаль газа.

- Ты или рессоры потеряешь, или шины, или менеджера, если не сбавишь скорость.

- Я в менеджере больше не нуждаюсь. - Эта мысль показалась Малларгану настолько забавной, что он повторил ее: - Я в менеджере больше не нуждаюсь; итак, я оставляю его в Африке. Вот ребята повеселятся!

- Не забивай свою головку дурацкими идеями, малыш. Ты нуждаешься в таком смышленом парнишке, как я. Кулаки у тебя действительно железные, но лоб-то медный.

- Значит, так?

- Именно так.

Малларган поехал чуть медленнее, поскольку внезапно сгустилась тьма. Он включил фары.

- Здесь быстро темнеет, - прокомментировал чемпион. - Интересно, почему?

- Из-за широты, умник, - объяснил Маркс. Некоторое время они ехали молча. Маркс нервно поглядывал по сторонам, поскольку с наступлением темноты все вокруг настолько изменилось, что складывалось впечатление, будто они внезапно перенеслись в иной, странный мир. Равнина слабо освещалась мерцающим светом звезд, лес казался сплошной непроницаемой темнотой.

- Неплохо бы сейчас очутиться на 42-й стрит, - заметил Маркс.

- И чего-нибудь пожевать, - сказал Малларган. - У меня уже живот к спине прилип. Интересно, куда они запропастились? Говорил же я ему: не останавливайся, пока не встретишь нас. Эти англичане такие самоуверенные и строят из себя всезнаек: "Не делай то, не делай се!" Я думаю, чемпион мира способен сам о себе позаботиться, не так ли?

- Конечно так, малыш.

Тишину равнины нарушил рев льва, вышедшего на охоту. Несмотря на достаточное расстояние, этот звук явственно донесся до ушей обоих мужчин.