Вдали раздался звонок, более похожий на бой часов. Прошло не больше минуты, и за воротами послышались легкие шаги. Открылось смотровое окошко, и Монссон увидел светло-зеленый глаз с неестественно длинными ресницами, великолепно сделанными с точки зрения техники, и светлую прядь волос. Он вынул удостоверение личности и подержал его перед окошком. - Извините, если помешал. Меня зовут Монссон. Инспектор полиции. - А, - как-то по-детски сказала она. - Конечно. Полиция. Вы можете подождать две минуты? - Разумеется. Я не вовремя? - Что? Нет-нет. Просто я... Она, как видно, не сумела найти подходящий конец фразы, ибо окошко захлопнулось, и легкие' шаги удалились гораздо быстрее, чем приближались. Он посмотрел на часы. Прошло три с половиной минуты, и Шарлотта Пальмгрен, одетая в серебряные сандалии и серое платье из какого-то легкого материала, отворила дверь. - Входите, пожалуйста, - сказала Шарлотта Пальмгрен. - Очень жаль, что вам пришлось ждать. Она заперла ворота и повела его к дому. На улице рокотнул мотор отъезжающего автомобиля. Очевидно, не только вдова действовала быстро. Монссон впервые увидел виллу всю. целиком и ошеломленно рассматривал ее. Собственно говоря, это была не вилла, а маленький дворец, украшенный башнями, башенками и зубцами. Все говорило за то, что ее первый хозяин страдал манией величия, и архитектор срисовывал здание с какой-то открытки. Последующие реконструкции - и пристроенные балконы, и стеклянные веранды не улучшали дела. Вид у здания был устрашающий, и трудно сказать; смеяться тут следовало или плакать, или просто вызвать подрывников и разнести эту аляповатую громадину на куски. При этом она казалась на редкость прочной и взять ее мог, очевидно, только динамит. Вдоль дороги, ведущей к воротам, стояли отвратительные скульптуры из тех, что были модны .в Германии имперских времен. - Да, вилла у нас красивая, - сказала Шарлотта Пальмгрен. - Но перестройка обошлась недешево. Зато теперь все тип-топ. Монссону удалось оторвать взгляд от дома и переключить внимание на окрестности.