Оксфорд

Было уже далеко за полночь, когда темноту подъездной аллеи, ведущей в дом Стивена Вернона, рассек свет мощных фар «ауди» Дождь, ливший весь день, сменился ледяным ветром, который колотил в окна машины, словно стремясь ворваться внутрь. Вернон заехал на стоянку, заглушил мотор и некоторое время сидел в темноте.

Луна тщетно пыталась освободиться из объятий густых облаков, в ее слабом свете на фоне темного неба дом Вернона поблескивал как драгоценный камень.

Вернон открыл дверцу машины и выбрался наружу. Ветер пронизывал его насквозь, обжигал руки и лицо. Он побежал к двери, нащупывая на бегу ключ в кармане, изо рта его валил пар. Он открыл дверь и включил свет. Холл и крыльцо осветились, темнота на несколько метров отступила от фасада дома.

Высокий деревянный забор, окружавший дом, угрожающе скрипел под напором ветра. Забор надежно отделял Вернона от ближайших соседей. Войдя и закрыв за собой дверь, он с обычным удовольствием взглянул на теплые, хорошо подобранные пастельные тона стен и ковров со вкусом отделанного дома.

На половике лежал большой конверт. Увидев почтовый штемпель, Вернон не сразу решился открыть его. Он отнес письмо в гостиную и положил на старинное бюро в углу комнаты. Затем подошел к ореховому шкафчику для напитков, достал стакан, бутылку «Хейга», щедро налил себе, выпил и взглянул на письмо, лежащее на бюро. Поставив стакан, он заметил, что рука дрожит.