Не сбрасывая скорости из соображений экономии топлива, "Витязь" уже второй час кружил вокруг неподвижной ракеты. Иных признаков жизни, кроме вспышек сигнальных огней рассмотреть не удалось.

Экипаж собрался в кают-компании.

– По-моему, мы должны обследовать этот корабль.

Может быть, у них поломка двигателя и они не могут продолжать полет, высказал свое мнение Влад.

– Да, да, конечно, мы сможем им помочь! – страстно убеждала присутствующих Эол.

– Это наш долг, – поддержал ее корабельный доктор Ивсон, мягкий, но принципиальный человек.

Решение, в конечном итоге, зависело от капитана Стояна. Но он медлил с ответом. На иссеченном глубокими морщинами лице царило раздумье.

– Вот то-то и странно, что корабль неподвижен. – проронил капитан. – Не дрейфует, не вращается вокруг своей оси. Здравый смысл подсказывает, что в пассивном полете космический аппарат немногим отличается от любого обледенелого астероида вроде тех, что проплывают сейчас мимо.

На обзорном экране, величаво покачиваясь и кивая острыми выступами, чередой тянулись щербатые глыбы.

Стоян продолжил:

– От столкновения с ними любой предмет должен вовлечься в общий поток. А корабль неподвижен и без видимых повреждений внешней обшивки.

Капитан хмурился, пожимал плечами и не спешил с отправкой развед-бота к таинственному аппарату.

Его доводы не убеждали остальных членов экипажа "Витязя", особенно горячилась Эол.

– Это бесчеловечно – не протянуть беднягам руку помощи! Не все ли равно, стоят ли они на месте или кувыркаются как астероиды? Они попали в беду, и мы должны им помочь!

– Стажер-исследователь, что это ты раскомандовалась тут? – неожиданно для себя самого капитан обрел непрошеного союзника в лице энергетика Клааса. – По какому праву ты, новичок, указываешь нам, как поступить? Может быть, этот корабль принадлежит тебе и мы все – твои подданные? Что-то я не припомню твоего титула.