Но тут я снова вспомнил, как он угрожал Джоан, – бедняжка, она ведь не сомневается, что мерзавец выполнит свое обещание. Прочь колебания! Если Джо Кэгль – в этом доме, тут ему и конец.

Я твердым шагом направился к лестнице. Инстинкт подсказывал, что преступник – если он здесь – затаился где-то на втором этаже. Я двинулся вверх и вскоре очутился на лестничной площадке, залитой лунным светом из окна. Половицы укрылись под толстым слоем пыли – похоже, его лет двадцать не тревожила ничья стопа. Доносился шелест крыльев летучих мышей и звуки мышиной возни. Напрасно я высматривал на ступеньках отпечатки чужих ног. Впрочем, логика подсказывала, что в этом доме не одна лестница. Забраться в дом можно и через окно.

Вот и коридор – сущий лабиринт из зловещих черных теней и прямоугольников лунного света, льющегося в окна. И ни звука помимо моей поступи, приглушенной ковром из пыли. Я оставлял позади комнату за комнатой, но луч фонаря показывал только заплесневелые стены, просевшие потолки и ломаную мебель. И вот наконец, почти в конце коридора, обнаружил я затворенную дверь. Я застыл как вкопанный, нервы натянулись, точно струны, сердце забухало. Необъяснимое чутье подсказало: за дверью что-то таинственное, грозное... Не сразу решился включить фонарик. Посветил вниз: слой пыли под дверью нарушен! Остался клиновидный след – дверь отворяли совсем недавно. Я осторожно надавил на ручку, ее скрежет заставил меня поморщиться. А ну как Джо пальнет на звук? Воцарилась тишина. Я рывком распахнул дверь и метнулся вбок.

Выстрела не последовало. Вообще ни звука...

Я вернулся к двери, с револьвером на изготовку присел на корточки и напряг зрение. В ноздрях слегка защипало от едкого запаха – пороховой дым. Не из этой ли комнаты донеслись хлопки выстрелов, когда я подъезжал к дому?