Редкие зубы, редкие усы, светлые глаза, от контактных линз выпуклые и блестящие, как два объектива - глубоководная рыбина из Северного моря.Права на экранизацию моей книги, которую он упорно именовал романом, Поничелли не получил: в конце концов он так взбесил меня этим "романом", что я приказал Клейну вытолкать его.

Команда всполошилась, потому что мониторы показали всплеск, какого давно не бывало...

Недели три я был занят переездом. Выписанный мной Иничиро Седьмой сумел перестроить дом, как мне хотелось - из миллиардерского каприза в каприз "космонавта".

Мне уже давно хотелось жить в комнате, а не в отсеке. Охотничий домик это трехэтажный особняк из двадцати двух комнат, с громадным холлом и громадной гостиной, не говоря уже о погребах, псарнях, конюшнях и прочем. Холл и четыре комнаты первого этажа я отвел для Команды и аппаратных. Гостиную и три верхних комнаты Иничиро перестроил, загерметизировал и отделил от всего прочего стеной из стеклопластика. Ее можно было делать непроницаемо темной. Окна тоже можно было затемнять. Когда я впервые нажал на клавишу, мне стало жутко.

Я еще никогда не был один. На меня всегда кто-то смотрел. В своем новом жилище я оставил только телеметрию, и сейчас меня не видел НИКТО.

Когда я увидел в черном глянце тусклое отражение человека, мне стало легче. Но лишь на секунду. Ведь это было только мое отражение, всего-навсего призрак призрака, тень тени... И страх с новой силой вцепился в меня. Черная стена заворачивалась, как гребень медленной волны, безмолвно растворяя меня во тьме. Голова закружилась. Еле удержавшись от вопля, я ударил по клавише и с невыразимым облегчением увидел мониторы контроля, мигающий глаз индикатора комплекса воздухоочистки, голубые и белые комбинезоны... Тогда я поклялся больше не дотрагиваться до нее.