Не достал нас Цербер, скотина кровожадная. И в Халупе никто не заметил, что там долго отсутствовали - народ уже засыпал поди весь. И только Чинарик, не спал, и зыркнул так злобно подозрительно. Чинарик... Вот уж кто был подлюга. Такой мерзавец, что по сравнению с ним даже Воронок белее снега казался! Фанфарон, задира, хвост трубой, мстительный - в детстве на него наступили, кто, никто не знает, а если знает то не признается. Поговаривали что собственный папаша такое учудил - потому, что отпрыск был такой хилый и маленький, что и не разглядеть. Как бы там ни было, чуть не помер наш будущий вождила, перекосило его всего, да так он и вырос - перекошенный. Ни дать не взять бычок раздавленный, чинарик. Так его и дразнили в детстве, пока он не вырос и власть не забрал. И я дразнила глупая была, молодая. Потом мне это аукнулось. Прозвище он свое ненавидел, а потому в детстве дрался со всеми, кто его задевал. Злобный был - как что слово поперек скажет, сразу в драку, только юшка летит. И знаешь что Безымянный? Из той он был породы, что все до единой обиды до самой гробовой доски помнит! Сначала смеялись мы над ним, было дело, а потом повзрослел он, сколотил шайку из таких же отморозков, да во власть потянулся. У него дорога туда прямая была - папаня его в свое время тоже на самом верху был. И вот представь - ходит эта мразь кособокая по Плацдарму да ко всем придирается что мол тут делаешь, а что это ты на небо уставилась, ежели на Плацдарме есть все для жизни безбедной? При живом то вожде! Тошнило всех от Чинарика - что уж говорить. Только одна отдушина была - на Околутолке... Что уж там. В то время царствовал над всеми Рыжий - так себе вождь, но не злой. Старый был только. Вот и стал в последнее время на него Чинарик косо поглядывать. Как же - старпер уже, а все править хочет. Дай дорогу молодым! Не доглядела я, а может быть и сделать уже ничего нельзя было - у Чинарика было уже много подручных, которые ему пятки лизали, да в глаза заглядывали - короче, в один прекрасный день Цербер получил пищу.