- Наверно, не надо... Насовсем мама все равно бы не разрешила... - И пошла в комнату: винтики и отвертку в стол прятать.

А Александр Павлович так и не понял: то ли она не спросила бы и ушла сама, как "сознательный элемент общества", то ли и спрашивать не стала бы, потому что все равно не уйти? Впрочем, интерес у него был чисто риторический...

...Валерия вышла из ванной в большом параде. Ни тебе домашнего халата, ни тебе трубочек бигуди на голове, ни тебе растоптанных шлепанцев: полный "марафет", туфли, прическа, платье - хоть сейчас на подиум, моду демонстрировать. Это несколько осложняло условия эксперимента; Александр Павлович рассчитывал, что Валерия малость расслабится, позволит себе некие "бытовые уступки": ну хотя бы халат. Александр Павлович знал: он у нее вполне элегантным был - прямо с картинки из французского модного журнала. Но нет так нет: Александр Павлович все же надеялся, что "портсигар" не подведет, его мощности хватит и на полный "марафет".

- О чем вы тут беседовали? - поинтересовалась Валерия. Она села в кресло напротив Александра Павловича, облегченно вздохнула: похоже, ванна прямо-таки вернула ее к жизни, можно опять в бой.

- О цирке, - сказал Александр Павлович.

- Фокусы показывал?

- Не успел... Я хочу ее завтра повести в цирк.

- Ты же говорил, что представления еще не идут.

- Я ей не представление, я ей _цирк_ хочу показать.

- А что там смотреть? - вполне искренне удивилась Валерия.

- Все, что Наташа захочет.

- А Наташа захочет?.. - Валерия обернулась: девочка стояла позади матери, слушала разговор. - Сядь, Наташка, - Валерия подвинулась в кресле, - посиди со мной. Ты действительно хочешь пойти завтра с Александром Павловичем?

Наташа осторожно, словно боясь помять платье матери, села на краешек кресла, кивнула согласно: