— Психология женская позапутаннее кимперийской, — откликнулся Трикстер.

— Ты думаешь? — восхитился Хединг, но, спохватившись, сжал губы и посмотрел на пол перед собой.

— Вот анекдот о психологии кимперийца, — сулящим тоном сказал Трикстер и сделал томительную паузу. Хединг набычился и удвоил внимание к пластиковому полу. Одна плитка его почему-то резко выпадала из общего фона — ну чистый малахит! Почему? Прораб, наверное, подхалтурил.

— Считаю, что ты согласился слушать, — продолжал Трикстер. — Приходит кимпериец и видит вазу, стоящую вверх дном. Кимпериец очень удивился, подошел к вазе, осматривает: «Странная ваза, без отверстия». Взял ее осторожно, несет к сокустнику. В Кимперии, как выяснилось недавно, два способа размножения: кустовой и половой, — пояснил Трикстер (Хединг что-то буркнул).

«Смотри, — говорит кимпериец сокустнику, — какая странная ваза — без горлышка». Сокустник берет вазу, переворачивает, изумляется: «И дна нет!»

Хединг стал меньше бычиться и, в третий раз переломившись в коленях и пояснице, уселся поближе к забранному золотистой сеткой динамику. Зеленый маячок индикатора то притухал, то разгорался, следуя какой-то сложной закономерности.

Потом Трикстер выдал байки о кимперийце и пьезоминерале, о кимперийце в период кущения, о кимнераторе с расстроенным речевым устройством. То ли он их где-то слышал, то ли вычленил их инвариантную схему и поставил производство анекдотов на поток — этого Хединг не знал. Да ему сейчас и не хотелось ничего знать. Он чувствовал только облегчение — Трикстер, пока, видимо, его не обманывал. Он выстреливал анекдоты строго периодично, с паузами в тридцать секунд, — это Хединг засек по наручным часам и удивился: уже четверть пятого. Беседа сокращает дорогу.

Трикстер внезапно сделал паузу посреди анекдота.

— А дальше? — с разлету спросил Хединг. Трикстер продолжал, а ученый, свесив свои большие плечи, расслабив губы, слушал.