А может быть, ей просто все равно?

Если хочешь... Янси впервые осознал, что эти два коротких слова выражают закон ее жизни, философию бытия. У них в гостиной висели красные шторы. Всегда только красные. Да, ему так нравилось, и он как-то раз упомянул об этом. Беверли повесила красные шторы, с тех пор так и повелось.

Он покосился на нее. Вся напрягшись, она следила за дорогой; Янси еще немного нажал акселератор.

Дом, где они живут, его работа, ежедневная трапеза и, вероятно, одежда, которую они носят, - неужели все потому лишь, что он так захотел?

А хотел ли он именно этого?

И надо ли всегда руководствоваться его желаниями?

А что тут дурного? Вот, например, Беверли именно так и делает.

Он рассмеялся, заставив Беверли подскочить от неожиданности. Янси покачал головой, что на их языке могло означать либо "так, пустяки", либо "не твое дело". В душе он ликовал, не находя ни единого изъяна в своем поразительном умозаключении.

Так, наслаждаясь абсолютной властью над машиной и скоростью, он направил автомобиль между гребней холмов, потом вслепую повернул, столкнулся с космическим кораблем пришельцев и умер.

***

Ветер внезапно стих. Так бывает после бури. Однако строптивое море не желало смиряться и с прежней яростью билось о скалы. Ночь полнилась шумом, но его составляющие так изменились, что поражали измученные уши, как неожиданная тишина. Лоис изогнулась, ткнула окурком в пепельницу на ночном столике. Сердито прошуршав простыней, она повернулась к нему спиной и вздохнула. Этот вздох едва угадывался, по звуки ее голоса воспринимаются не только на слух. Беверли, вдруг вырвавшись из объятий сна, вскинулась, словно рыба, которая выпрыгивает из воды, чтобы мгновение спустя уйти в нее и кружить под самой поверхностью. Она приподняла голову, повертела ей, будто разыскивая кого-то, но глаза оставались закрытыми. "Ммм?" - сонно произнесла она. Потом снова уткнулась в грудь Янси и затихла.