- Одноклассники смеялись или были зачарованы. Но профессор не смеялся. Нет. Немного погодя у него появилось какое-то обеспокоенное выражение, он подолгу о чем-то говорил с Фергюсоном. А я его спрашивал: "Ради Бога, как ты это делаешь, Ферг? Все кажется у тебя таким реальным".

"Это и так реально, - отвечал он. - Я гонюсь с собаками и убегаю с зайцем. Я погружаюсь сознанием в животное и спустя какое-то время сливаюсь с ним в одно. Буквально. Как будто я вышел из себя. А когда возвращаюсь в себя - я помню".

"Не говори, что превращаешься в одно из этих созданий", - сказал я.

Он поколебался: "Не телесно, - ответил он наконец. - Но я знаю, что мое сознание... душа... дух... называй как хочешь... меняется".

Он не спорил со мной. И я знал, что он рассказывает не все. А профессор без всякого объяснения неожиданно прекратил эти странные задания. Через несколько недель я окончил колледж.

Это было больше тридцати лет назад. Лет десять назад я сидел в своем кабинете, и секретарша сказала, что пришел человек про имени Фергюсон. Он говорит, что он мой соученик, и хочет со мной повидаться. Я сразу его вспомнил и попросил впустить. Когда он вошел, я замигал. Фергюсон, которого я знал, был стройным сухощавым смуглым крепким привлекательным парнем с квадратной челюстью. Этот человек был совсем другим. Волосы у него странно золотистого цвета и исключительно тонкие, почти пушок. Лицо овальное и плоское, с уходящим назад подбородком. Он носил огромные темные очки, и они казались парой мушиных глаз под микроскопом. Или вернее - тут же подумал я - глаз пчелы. Но настоящее потрясение я ощутил, когда пожал ему руку. Она была скорее похожа на лапу насекомого, чем на руку человека, а когда я взглянул на нее, то увидел, что она тоже покрыта желтым пушком. Он сказал:

"Привет, Маклеод, я боялся, что ты меня не вспомнишь".