...Потому что вы, сто пятьдесят лет назад, были довольно легкомысленными. Этот ваш метод, благодаря которому ты оказался в нашем времени, доставляет нам много хлопот. Вам было просто: заморозить неизлечимо больного и хранить в таком состоянии до момента, когда развитие науки позволит лечить вашу болезнь. Хорошая идея, но о последствиях никто не подумал. А теперь сам видишь, сколько у нас хлопот. От вас мы унаследовали сотни и тысячи километров холодильников с миллионами замороженных пациентов ожидающих излечения! Вместо того, чтобы стараться лечить, вы совершенствовали методы консервирования пациентов.

Твою болезнь можно было вылечить уже двадцать четыре года назад. В таком же положении и многие другие, еще не оживленные. Лечение перестало быть ключевой проблемой, ей стало количество пациентов, ожидающих своей очереди!

Ваши примитивные методы гибернации требуют необычайно сложных операций по витализации, почти ручной работы! Это длится очень долго. Сотни тысяч людей, уже излеченных, ожидают возвращения к жизни. Миллионы ждут операций.

Я сказал, что мы такие, как вы. А может и лучше. Поэтому мы стараемся выполнить моральные обязательства, которые на нас наложило прошлое, доверив всех этих людей. Это стало одной из главных проблем нашей цивилизации. Тысячи ученых разрабатывают методы обслуживания этих несчастных человеческих ледышек, которыми вы нас одарили. А потом, после возвращения их к жизни, начинаются настоящие хлопоты! Но хватит, а то подумаешь, что я тебе жалуюсь. Моя обязанность все тебе объяснить.

Лаут слушал с нарастающим интересом. Одновременно он чувствовал, как его телу возвращается прежняя подвижность. Он снова чувствовал себя здоровым тридцатилетним мужчиной.