- Ну, гетера,- прошептал Владимир и вскрикнул, задев коленом пальцы руки.- Чер-р-рт...

Девушка приблизилась к нему, чтобы помочь, но в это же время детина протянул свои веснушчатые ручищи. Девушка, ойкнув, отскочила в сторону, и у Владимира не было времени напомнить детине о правилах хорошего тона - тот взял его за больную руку, и он потерял сознание.

Первое, что он увидел потом, был белый плафон.

Белый круглый плафон. На противоположной белой стене висел плакат с изображением красивой девушки в белом халате и чепчике.

Владимир лежал на больничной койке. Он вспомнил про гетеру и сказал: "А-а..." - Очнулся,- со вздохом произнесла медсестра.

- Где я? - глупо спросил Владимир. У него заплетался язык.

- На небе...- Медсестра опять вздохнула.- Фамилия.

- Кузнечиков. Гм.

- Серьезно?

- Серьезно...

Оглядев себя, Владимир увидел, что от кисти до самого плеча левая рука в гипсе. Что-то тяжелое, липкое лежало и на ключице.

Нестерпимо пахло медикаментами.

Записав возраст, адрес, группу крови и обидевшись из-за просьбы сообщить в институт, медсестра ушла...

Владимир подергал себя за ухо. Вокруг него стояли такие же больничные койки, на койках лежали одинаковые люди с перебинтованными головами, руками, ногами, эти люди потихоньку переговаривались между собой, даже хихикали, и постепенно ему стало невыносимо жаль своего молодого изуродованного тела.

Слезы навернулись сами собой, когда он еще раз оглядел руку и попытался увидеть ключицу. Снова возникла боль - теперь уже несильная и глухая.

И тут он увидел гетеру...

Он спросил у нее: - Ну и что?

Гетера не ответила.

- Как тебя зовут? - повысил голос Владимир. - Ты тут работаешь? Где твой халат?..

Гетера молчала, глядя на него с непонятной улыбкой.

- Что, оглохла? Да?