- Вы подозреваете кого #8209;то из своих? Не похоже, чтобы сейф был взломан.

- Лоренс тоже так думает. Вот почему он не хотел вас приглашать. Он мне даже Джону Тратвеллу не разрешал сказать о пропаже шкатулки.

- А кто, он считает, украл шкатулку?

- Он не говорит. Но мне кажется, он подозревает Ника.

- У Ника прежде бывали неприятности?

- Другого рода, - сказала она так тихо, что я с трудом ее расслышал. Она как #8209;то сразу сникла, словно мысль о сыне навалилась на нее ощутимой тяжестью.

- И какого же рода неприятности у него были?

- Так называемые эмоциональные проблемы. Он неизвестно почему ополчился против нас с Лоренсом. Убежал из дому, когда ему шел двадцатый год. Пинкертоны несколько месяцев не могли его найти. Нам эти поиски обошлись в несколько тысяч долларов.

- Где он был?

- Ездил по стране, подрабатывал на жизнь. Впрочем, его психиатр говорит, что ему это пошло на пользу. Потом он засел за учебу и даже обзавелся девушкой, - сказала она не то с гордостью, не то с надеждой, но глаза ее оставались по #8209;прежнему мрачными.

- Вы не верите, что ваш сын украл шкатулку?

- Нет, не верю. - Она надменно вскинула голову. - Если б верила, вы не были бы здесь.

- Он может открыть сейф?

- Вряд ли. Мы не давали ему шифра.

- Я заметил, что вы знаете шифр на память. Он у вас где #8209;нибудь записан?

- Да.

Она отомкнула нижний правый ящик бюро, вытащила его и перевернула вверх дном, вывалив кипу пожелтевших балансовых отчетов. К дну ящика был прикреплен скотчем клочок бумаги, на котором стоял ряд отпечатанных на машинке цифр. Скотч от старости пожелтел и потрескался, а бумага так истрепалась, что цифры почти стерлись.

- Шифр найти не так уж сложно, - сказал я. - Ваш сын нуждается в деньгах?

- Не знаю, зачем бы они ему могли понадобиться. Мы даем ему шестьсот - семьсот долларов в месяц, а если нужно, и больше.