Итак, дежурная. Пока приедет оперативно-следственная бригада, можно успеть снять с нее, так сказать, предварительные показания. В конце концов, муровцы — мужики хорошие, но ведь и следователь по особо важным делам Генпрокуратуры тоже, знаете ли, не фунт изюму.

Я спустился на первый этаж и подошел к кабинке дежурной. Услышав мои шаги, она отложила в сторону книгу, которую читала, и взглянула вопросительно.

— Здравствуйте, — сказал я ей.

Она с достоинством кивнула:

— Здравствуйте.

— Моя фамилия Турецкий, — представился я. — Следователь по особо важным делам.

Встретив ее недоверчивый взгляд, я провел рукой по нагрудному карману в поисках удостоверения, но обнаружил, что оставил его дома, так как выскочил в спортивном костюме. Ругнувшись про себя, я спросил ее:

— Простите, как ваше имя-отчество?

— Анастасия Дмитриевна, — ответствовала она важно.

— Вы, конечно, знаете Татьяну Зеркалову, с которой мы только что вошли в ваш подъезд?

— Вошли? — посмотрела она на меня с иронией. — Да вы же чуть не снесли меня вместе с будкой.

— Извините.

Она смерила меня удивленным взглядом: видимо, нечасто местные постояльцы перед ней извинялись.

— Конечно, я знаю Танечку, — продолжила она. — А вы что, поссорились с ней? Впрочем, насколько мне известно, она замужем. И не за вами.

— Мне это тоже известно, — кивнул я. — Но мы не ссорились, напротив, мы с нею старые друзья. Скажите, пожалуйста, вы не видели сегодня вечером кого-нибудь постороннего?

— Вы имеете в виду гостей? — уточнила она.

— Не только, — покачал я головой. — Может быть, это был человек, который не сказал вам, куда идет, или сказал, но что-то вам в нем не понравилось. А?