- Ну, это они преувеличивают, - заверил первый голицей ский. - Кто по-настоящему путает нас, так это мужчины, одевающие маски, как женщины. Но уж если мы ловим такого, братишка, то угощаем его под завязку.

- Да и вообще, умеючи, можно вычислить женщину и не открывая лица, - подключился второй полицейский. - Ну руки там и все остальное.

- Особенно все остальное, - хихикнул его товаришь. - Слушай, а правда, что не все девушки в Англии носят маски?

- Какое-то количество подхватило эту моду, - ответил я. Но таких мало - обычно они из тех, кто всегда подстраивается под последний писк, пусть даже и вызывающий.

- В английских теленовостях они обычно в масках.

- Думаю, это из уважения к американскому вкусу, - сказал я. - На самом-то деле маски носят не столь уж многие.

- Девушки, идущие по улице с голой шеей и выше...

Неясно было, смакует он эту картину или наоборот испытывает нравственное отвращение. Вероятно, и то и другое вместе.

- Кое-кто из политиков по-прежнему пытается убедить парламент принять закон запрещающий ношение масок, - пояснил я, сообщая, возможно, чуть больше, чем следовало.

Второй полицейский неодобрительно покачал головой.

- Что за странная идея? Ведь маска - совсем недурная вещь, братишка. Еще пару лет и я заставлю жену носить ее и дома.

Первый полицейский пожал плечами.

- Если женщины перестанут носить маски, то через шесть недель тебе будет уже абсолютно все равно в маске она или без. Человек привыкает ко всему тому, что вытворяет вокруг большинство.

Выразив сожаление по данному поводу я согласился с ним, и мы расстались. Я повернул на север по бродвею (бывшая Десятая авеню, вероятно) и быстро зашагал прочь, пока не очутился за пределами Инферно. Когда проходишь через такие вот не подвергшиеся окультуривании пространства, всегда начинает тошнить. Я возблагодарил небо, что в Англии пока ничего подобного нет.