Все были удивлены, но сочли желание мальчика весьма достойным. Все, кроме Люси, которая знала наверняка, что Джо зачем-то лжет, причем весьма убедительно.

— Это делает тебе честь, Иоахим. — Голос тети Хельги был спокойным и осторожным. — Игрушек больше нет. Их уже отдали детям беженцев. Маленьким Ротмайерам, которые у нас скрывались.

Тут всю веселость как рукой сняло. Гаральд горячо начал:

— Они родились и выросли в Германии и вдруг в одночасье сделались беженцами. Роза, Бенни Ротмайер и дитя. Нечего сказать, не самое наше высшее достижение.

Август, готовый к борьбе, заспорил с Гаральдом, и дошло до того, что оба они раскричались. Что за жалкая организация! Натуральный фарс! Тут ничем не поможешь. Что, он винит Хельгу? Больше ответственности лежало на самой фрау Ротмайер. Чудо, что они все не сшили в тюрьме!

— Тетя Хельга! — вскричала Люси. — Ты же сказала, что они спаслись, что невредимыми добрались до Палестины!

— Такова их Земля обетованная, — сказал Гаральд. — Бедные маленькие дьяволята…

— Луиза, я тебе солгала, — ответила тетя Хельга. — Все это слишком грустно.

Семью Ротмайеров выследили и арестовали на окраине города, пока они ожидали машину, которая должна была отвезти их к швейцарской границе.

— Господи боже мой, что я могла сделать?! — заламывая руки, вскричала тетя. — Я помогла фрау Ротмайер застегнуть их пальтишки, надеть ботиночки. Вечером, когда я уже благодарила Всевышнего за спасение, позвонил герр Штейн, ее брат. Машина приехала слишком поздно… Он видел, как арестовали его сестру и детей. Бедняга, я думаю, что от этого разум его и помрачился. На следующий день я уезжала к Августу. Уже даже вещи собрала… На получение разрешения ушли недели.

— Ты уверена, что всех Ротмайеров… не стало? — прошептала Вики. — И матери, и троих малышей?

— Я уверен! — рявкнул Гаральд.