— Это брошюра… — тупо промолвил Уилкокс.

— Для первого раза сойдет, — сказал Браги и тяжелой своей рукой обхватил плечи Уилкокса. — Предвижу, мы станем большими друзьями.

— Друзьями?

— Женщины ваши разделают пару телят, приготовят жаркое, а затем мы получим десерт — я же прочту вам стихи. — Браги помолчал задумчиво. — Я вызубрил все эти новые вирши. Вот послушайте.

Будет вздернут Дэнни Дивер ранним-рано, на заре, Похоронный марш играют, полк построился в каре, С плеч у Дэнни рвут нашивки — на казарменном дворе Будет вздернут Дэнни Дивер рано утром.

(Перев. Р. Киплинга, И. Грингольца.)

— Ну да, все это прекрасно, но мы вас призвали, чтобы вы выполнили для нас одно дело, — сказал Уилкокс.

— Дела — назначенье богов вроде Меркурия, Атласа и им подобных. Я только по части поэзии.

— Но идет война; наши враги воззвали к своему богу!

— И что мне в том?

— Мы надеялись выставить вас против него.

Браги внезапно заинтересовался этой перспективой и спросил:

— А он силен в пятистопном ямбе?

— Не знаю, — честно ответил сержант.

— Это одна из моих сильных сторон, — сообщил Браги с откровенной гордостью. — Хотя сонеты я умею декламировать еще лучше. Удается ли моему противнику нежнейше понижать голос, читая двустишья? Может ли он извлечь слезы из ваших очей? Каков он в свободном стихе?

— Одну вещь он делает замечательно — заставляет дезертировать солдат, — проворчал Уилкокс.

— Что? Он даже не умеет удержать при себе слушателей?! — возопил Браги и захохотал. — Веди меня к нему!

— По-моему, вы меня не поняли.

— О, конечно, понял. Вы учиняете состязание между мной и этим обманщиком.