Конан не двинулся с места. Он знал, что хозяин зверинца наблюдает за всеми посетителями, поэтому притворился, будто не слышит этого призыва о помощи.

Олдвин сильно вздрогнул и посмотрел на киммерийца. Едва шевеля губами, тот приказал:

– Не подавайте вида. Это Эан.

Затем громко произнес:

– Я рад, что мы пришли сюда. Вы были правы, дружище. Эти бродячие зверинцы иногда обладают настоящими сокровищами. Как вам понравилась лошадь?

– Мне показалось, что это слизень, – так же громко и неестественно-бодро ответил бритунец.

Другие посетители тоже поднялись на помост. Кругом переговаривались, шумели, ахали, восхищались и ужасались.

– Смотрите! – пронзительно закричала какая-то женщина, указывая на ту клетку, где находился Эан. – Смотрите! Я думала, что это просто человек, но это… это…

Она задохнулась, не в силах продолжать.

Конан быстро шагнул к этой клетке и заглянул внутрь. Там действительно стоял Эан. Он вцепился обеими руками в решетку и прильнул к ней лицом, как будто хотел вдохнуть хотя бы толику свободы.

Его светлые глаза были широко распахнуты. А на скулах и на лбу горело еще три дополнительных глаза. Всего пять, как и было у чудовища, которое обитало в песках.

– Я не монстр, – бормотал он. – Почему они так смотрят на меня? Я не животное! Я не хочу жить в клетке! Отпустите меня, выпустите меня! Я – такой же человек, как и вы!

– Оно разговаривает! – верещала женщина.

Мужчина, с которым она пришла, пытался успокоить ее:

– Все это иллюзия, дорогая. Наверняка разговаривает не он, а какой-то специальный служитель, который прячется за клеткой.

До Талорка донесся их разговор, и хозяин зверинца громко произнес:

– Ничего подобного! У меня все без обмана! Если вы видите пятиглазого человекообразного монстра, населенного речью, значит, так оно и есть. И это существо является недавним приобретением моей коллекции. Ничего подобного нет даже в самых знаменитых собраниях уродов у владык Вендии и Кхитая!