— Что там? — Он оттолкнул Эдео и распахнул дверь. — Статуи? Непристойные картинки? Каменные… — Гремон осекся и попятился. — Что?!

Улитка скользнула вперед, размахивая антенной, и Гремон споткнулся, запутавшись в собственных ногах. Животное издало странный вибрирующий звук, который Эдео и Хейрон раньше не слышали.

Побледнев, Гремон бросился вверх по лестнице; штаны его были мокрые. Он с размаху налетел на запертую входную дверь, дрожащими руками повернул ручку замка и выскочил на улицу.

Вибрирующий звук сменился глухим фырканьем.

— Кажется, она смеется, — сказал Хейрон, почесывая улитке глотку.

— Уф… — Эдео не отрывал взгляда от захлопнувшейся двери.

* * *

— Ты хоть представляешь, что там у вас, в подвале? — Гремон свесился с верхней койки, и его голова темным пятном выделялась на фоне серого потолка.

— Нет.

— Черт! Улитка, Эдео. Улитка! Ты понимаешь, что это значит?

— Нет? А что?

— Улитки выращивают у себя на спине драгоценные камни, если кормить их нужным металлом. Слышишь меня? Драгоценные камни.

— Понятно.

— Если давать железо, вырастет изумруд. Если медь, то алмазы. А если…

— Они не настоящие, — ответил Эдео. — Не такие, которые находят в природе.

— Мы можем разбогатеть.

— Мы?

— Да, малыш, мы.

Эдео поднял глаза на брата.

— Проболтаешься, малыш, — тихо сказал он, — и Нелли Йон узнает, как ты намочил штаны.

Гремон умолк. Это было единственное оружие Эдео. И он надеялся, что действенное.

С верхней койки вниз метнулась тень. Резкая боль пронзила руку Эдео, и он с трудом удержался, чтобы не вскрикнуть.

— Это тебе не домашнее животное, тупица. Ее нужно использовать.

Гремон вновь забрался в свою койку.

На следующий день, когда друзья пришли навестить улитку, животное металось по своему закутку.

— А она не заболела? — спросил Хейрон.