А с ним происходило что-то странное. Нужна была очень веская причина для того, чтобы Андрей Быков хоть на день оставил дела, дав полную власть своему заместителю – Кислому и переложив на него все полномочия. С Вовкой Киселевым они вместе занимались кунг-фу, спарринговали в полутемных, а иногда и в совсем темных спортзалах окраинных школ – по ночам, чтобы, не дай бог, не пришла какая-нибудь долбаная проверка из РОНО или из ментовки, из КГБ и не повязала бы всю теплую компанию. Теплую в буквальном смысле – воздух в неотапливаемых спортзалах даже зимой они нагревали – будь здоров как! Переодевшись в раздевалке, босыми выходили на крашеные доски темного зала, едва не подпрыгивая от холода. Словно по льду, прыгали босиком по застывшему покрытию… А через полчаса казалось, что тренировка проходит в сауне. Двадцать здоровых парней бегали, кувыркались в сальто, таскали друг друга на плечах, приседали, вставали на пальцы, отжимались, тянули сухожилия и снова бегали, бегали, бегали – прямо, боком, спиной вперед, на четвереньках, гусиным шагом. Сотни километров набегал Андрей со своими товарищами в этих залах.

Андрей вспоминал сейчас те годы со смешанным чувством – ему было одновременно и смешно и грустно. Смешно, какие мысли приходили в голову во время первых тренировок. Он тогда ничего еще не знал ни о кунг-фу, ни о каратэ, с которого все и началось. Слава – первый сэнсей… С ним Андрей познакомился через пареньков из народной дружины с Невского, где промышлял фарцовкой и подкармливал этих добровольных стражей правопорядка. Слава говорил, что каратэ – это целая философия, и тот, кто пришел в секцию, чтобы просто научиться драться, ему неинтересен. Научится, конечно, говорил Слава, драться, но дальше дело не пойдет. Тогда Андрею казалось, что этого вполне достаточно. Прыгнуть, вырубить ногами противника – все, больше ничего не нужно ему для того, чтобы и шухер на своей территории навести, и авторитет поднять, и себя обезопасить, и девчонкам мозги запудрить, вырасти в их глазах до уже каких-то совсем невиданных высот.