– Что вам надо? Помолчи, Женевьева, я разберусь сам. Если я пару раз шлепнул собственного сына, это не повод заявляться в наш дом и допрашивать меня. Этих малолетних нахалов иначе не воспитать. Уйди, Женевьева! А вот это враки, ясно? Кто вам сказал - Паттерсон? Или Крылова? Пошлите их подальше! Вон, и Женевьева подтвердит - пару раз шлепнул по мягкому месту, и все. У него самого спросите, он вам то же скажет. Василь! Василь, а ну иди сюда немедля!

– Это я позвонила, детектив. Господи, она так визжала, эта собака! У меня до сих пор сердце заходится, как вспомню. И ведь я никогда ее не видела, знала, что он держит пса, у нас многие так делают - от мальчишек, чтоб не лазили по участкам... он мог бы просто отдать ее кому-нибудь. Или в приют. Но вот чтобы так... Я и раньше особенно не зналась с ними, а теперь ни за что не поздороваюсь. Подумать только!

– Этот все тот неохиппи, Мбонго Клаус, это с него начался погром. Он просто шатался по улицам со здоровенной железякой: дрелью, что ли, я не очень разбираюсь в технике. Это потом за ним увязалась целая толпа, орали, ломали все подряд. У нас ведь почти не бывает жидкого стекла, это дорого, в основном, пластик. Половина магазинов осталась без витрин, а ведь у нас многие не пользуются централизованной подачей. Мы маленький город, детектив...

– Я давно подозревала, что он плохой человек. А теперь я точно знаю, что он колотит жену.

– Гонялся за нами с ружьем. Правду говорю, сэр! Хорошо, я знаю одну дырку в заборе...

– Сам не понимаю, детектив, как нашло на меня. Я же столько лет женат, я давно знаю, что она дура, а тут...

– Нефиг чужих парней отбивать, ясно? И еще раз дам, и все волосья нафиг выдеру, будет еще приставать!

Дамьен привалился к корпусу мобиля. Мелкая пыль пыль забивала глаза, на зубах хрустел песок. Зловонная волна агрессии выплеснулась на разрушаемый ураганом Лиунсвилль, захлестывая семьи, судьбы...