Ветер бросил его на колени, острый камень услужливо подвернулся под ногу. Корпус мобиля накренился, едва не опрокидываясь. Шторм, похоже, достиг обещанных Микки восьми баллов.

Задыхаясь, Дамьен отполз от раскачивающейся машины. Следующим порывом его катнуло по дороге, шваркнуло о поваленный ствол. Моб равнодушно повторял:

– К сожалению, ваша заявка в настоящее время не может быть принята. Попробуйте повторить вызов позже. К сожалению...

Придется выбираться своими силами.

Мобиль едва слушался управления. Хрупкая конструкция моталась в воздухе, пластик стонал. Казалось, еще секунда, и машина рассыплется фейерверком обломков.

– Я нашла тебе данные по Питеру Зебрински, сбрасываю. Он действительно работает с Биллом Гречем, но на третьего ничего нет. Адрес: Ньютон-стрит...

– Ага, знаю - юг, зона соцподдержки. Можешь передать шефу, мне тоже здесь не нравится. Они все боятся. И каждый готов вцепиться в глотку. Знаешь, как будто...

– Вирус ненависти...

– Что?

– В новостях кричат про вирус ненависти. Это когда люди друг на друга набрасываются безо всякой причины. Ой, Дами, такое творится! Все ломают, в подземке драки, в больницах усиленные дежурные бригады - столько пострадавших. И ураган еще...

Мобиль болтануло особенно замысловато, Дамьен с трудом вывернул от здания громадного гидропонного цеха. Успел заметить, как непрерывно течет, зализывая дыры в панелях, жидкое стекло.

– А Лиунсвилль?

– Про Лиунсвилль молчат, но он же маленький пригород, что про него говорить. Ты только осторожней, слышишь! Авиетку лучше вызови, сам не веди: на окружной, говорят, людей прямо из мобилей вытаскивают.

– Дели на семь.

– Даже если так... Дами! Ты опять смеешься?

– Я буду очень осторожен, мышонок.

Ветер мотал по улицам самые неожиданные предметы: кукольную ногу, пугающе похожую на настоящую, огромный букет в светящемся каркасе, рабочий комбинезон; корпус одноместной авиетки влетел в витрину и застрял там чудовищным жуком.