- Что вам здесь нужно? - скрипучим голосом проговорил фермер.

- У вас есть телефон? - спросил Бруно.

- Нет.

- А видеокомп?

- Нет. Убирайтесь отсюда.

- А что у вас с глазами? - спросил я.

- Не твоего ума дело. Вон отсюда! Это моя земля!

Но тут на пороге появилась женщина. Ей было далеко за сорок, но следы прежней привлекательности все еще проступали на сером изможденном лице. А вот глаза...

Глаза у нее были такие же, как и у ее муженька.

"Конъюнктивит у них, что ли? - кажется, я еще подумал тогда.

- Прекрати, Том, - закричала она, вытирая руки о передник. - Ты разве не видишь, что это солдаты?

- Ну и что с того?

- А день сегодня какой, ты тоже забыл?

Лицо фермера перекосилось в странной, какой-то даже хищной ухмылке.

- А ведь ты и впрямь права, старая!

И уже обращаясь к нам, он добавил слащавым голосом:

- Проходите, гости дорогие. Небось, устали с дороги, проголодались.

Бруно удовлетворенно хмыкнул, мне же это все показалось несколько странным, но, честно говоря, у меня не было ни сил, ни желания разгадывать еще и этот ребус.

Покормят, и на том спасибо.

Мы вошли вслед за хозяйкой в дом. Ничего здесь примечательного не было, чтобы останавливаться на его описании. Разве, что запах. Запах мне здесь сразу не понравился. Будто пахло плохо выделанными шкурами или еще чем-то непонятным, но столь же омерзительным. Мне сразу захотелось обратно, на свежий воздух, но голодный желудок властно закомандовал обратное. Пришлось смириться и сесть за отполированный до блеска хозяйскими локтями стол, сколоченный из простых досок.

Впрочем, через пять минут я уже совершенно забыл об отвратном запахе, когда на столе, дымясь и скворча подсолнечным маслом, появилась огромная сковородка с яичницей и беконом.