Оказался лицом к лицу с тремя — нет, с пятью латниками, которые с волчьими ухмылками поднимались по последнему пролету лестницы, держа наготове свои проверенные боями мечи.

Флаерос в отчаянии уставился на них, а потом перепрыгнул через верхнюю ступеньку и выскочил на балкончик, где Кессра обычно сушила белье. Веревка была слишком старой, серой и разлохмаченной, чтобы его выдержать, и она тянулась через глубокую щель мощенного булыжником двора конюшни, но у соседнего дома тоже имелся балкон, и его перила были намного ближе. Всего футах в десяти.

Или больше. Флаерос смотрел в пропасть между двумя балконами, слушал топот у себя за спиной и гадал, что больнее: разбиться о покрытые навозом камни или получить несколько ударов мечом в живот…

Прямо у него за спиной раздался торжествующий вопль латника, и Флаерос в отчаянии выругался, вскочил на перила, изготовился…

Когда отчаянный крик юного барда разнесся по двору конюшни «Старого льва», закутанный в плащ с капюшоном человек вышел на балкон, находящийся высоко над толпой латников, взглянул вниз и зашипел в предвкушении. Рука, вцепившаяся в перила балкона, когда наблюдатель перегнулся через них, пытаясь увидеть, какая судьба постигла Флаероса Делкампера, была покрыта чешуей.

1

НЕТ ЩИТА НАДЕЖНЕЕ ПРЕДАННОСТИ

ПТИЦЫ КРУЖИЛИ, кричали и щедро роняли помет в руинах, которые некогда были величественным зданием библиотеки, увенчанным высоким куполом (хотя прошло очень много времени с тех пор, как полки здесь были уставлены книгами, а в проходах звучали шаги людей, намеревавшихся их прочесть).

Дремучий лес неуверенно сомкнул свои зеленые объятия вокруг руин заброшенного Индраевина, словно ждал, что в любой момент среди заросших мхом камней появятся новые воины и волшебники и звон клинков и раскаты боевых заклинаний заглушат лесные шорохи.