Взглянув на Ротана, она подумала, как много он сделал для нее, и почувствовала прилив нежности и благодарности. Когда-то она пришла бы в ужас от одной мысли, что может оказаться в зависимости от кого бы то ни было, и тем более от Мага. Тогда она ненавидела Гильдию — ее сила впервые проявилась, когда она в ярости бросила в Мага камнем. Ее стали разыскивать, и тогда она, уверенная, что ее хотят убить, попросила убежища у Воров, хотя и знала, что те дорого берут за подобные услуги.

Потом ее Сила стала выходить из-под контроля, и Маги убедили Воров передать Сонеа на их попечение. Ротан изловил ее и стал учителем девушки. Он доказал Сонеа, что маги — по крайней мере, большинство из них — вовсе не такие жестокие себялюбивые чудовища, какими рисовало их воображение обитателей трущоб.

Около распахнутых дверей Университета стояли два стража. Их присутствие было чистой формальностью, соблюдавшейся только при ожидании важных гостей. Стражи чинно поклонились Ротану, когда он вместе с Сонеа входил в Холл.

Сонеа уже бывала в Холле, но снова замерла в восхищении. От пола вверх поднимались тысячи тончайших стеклянных нитей, которые поддерживали изящные винтовые лестницы, ведущие на верхние этажи. Тонкие волокна белого мрамора, как виноградная лоза, обвивали пространство между перилами и ступенями. Лестницы казались очень хрупкими и, наверное, не выдержали бы веса человека, если бы их не укрепляло волшебство.

Миновав Холл, Сонеа и Ротан оказались в коротком коридоре. Он вел в Гилдхолл, старинное здание из серого камня. Около дверей в Гилдхолл стояли несколько человек. Сонеа почувствовала, что у нее пересохло во рту. Мужчины и женщины обернулись к вошедшим, и при виде Ротана в их глазах вспыхнул интерес. Маги вежливо кивнули ему, остальные поклонились.

Ротан и Сонеа перешагнули порог и вошли в Главный холл.