«Селёдочница» быстро и бесшумно рванулась с места, и не успела женщина опомниться, как они зависли над какими-то деревенскими избами, сплошь с соломенными крышами. И только три или четыре, пока ещё Нюрка не успела сосчитать, сколько их, были крыты железом.

— Смотри внимательнее. Что-нибудь узнаешь? — спросил инопланетянин.

Нюрка пристально оглядела окрестности и от удивления широко раскрыла рот.

— Так эта же деревня на наше село похожа? И окрестности те же?

— Да, ты права. Таким ваше село было лет шестьдесят назад.

— Быть того не может! — нахмурилась Нюрка. — Ведь там же люди по улицам ходят. Они что же, тоже живыми сюда из истории пришли? А вон там даже несколько верховых скачут. У нас лошадей сейчас нет. Вернее, есть две, но они как музейные экспонаты. А остальных ещё при Никите Сергеевиче Хрущёве на колбасу перевели. Америку тогда по мясу догоняли.

Нюркй вдруг замолчала, словно забыла, о чём говорила, и пристально взглянула за борт «селёдочницы».

Она искала глазами свой дом, хотя и не очень большой, но кирпичный и крытый шифером, средних размеров, с настоящим подворьем, как у всех, как и полагается в деревне. Но там, где должен был стоять её дом, Нюрка увидела маленькую неказистую избёнку, придавленную полусгнившей почерневшей соломенной крышей. Она ойкнула от испуга:

— Ой, мамочка! Это куда же вы мой дом дели?! Ах вы ворюги проклятущие! — и она хотела было наброситься на своего экскурсовода с кулаками.