"Вначале они спустили флаг. Кажется, даже террористы делают дела в правильном порядке. На самом деле, наверное, никто другой не соблюдает традицию так скрупулезно. Они делают все, что от них ждут... Ну, я видела, после того, как ты запер ворота, ты завернул к боковой двери, ко входу в подвал. Мне кажется, я заметила твой плащ, не замечая, что замечаю, понимаешь, его желтовато-коричневый цвет. Поэтому, когда они хлынули по входным ступеням и вломились в боковую дверь - как муравьи на мясо, подумала я - и в конце концов снова вышли, уселись на свои проклятые мотоциклы и укатили рушить что-то еще, мне захотелось узнать, дым или просто пыль выбивается из боковой двери, и тогда я вспомнила твой плащ, наверное из-за цвета дыма, такого же желтовато-коричневого. Я подумала, что никогда больше не увижу твой плащ. Они не увезли библиотекаря с собой. Ну, я подумала, что они, наверное, застрелили тебя там внутри, где книги. Но я все время вспоминала, как ты запер двери и запер ворота, а потом вернулся. Я не знала, почему ты так сделал. Ты мог бы в конце концов запереть все и уйти, слинять. Я все об этом думала. А там, на площади, не было не души. Все мы крысами прятались в своих крысиных норах. И поэтому, я, наконец, подумала: Я не смогу потом жить с этим, и пошла посмотреть на тебя. Пошла прямо через площадь. Пусто, как в четыре часа пополудни. Все было тихо. Я не боялась. Я только боялась найти тебя мертвым. Рана, кровь. От крови мне становится дурно, я ее ненавижу. Ну, я вошла, во рту стало сухо, а в ушах пело, а потом увидела тебя, ползущего с кучей книг!" Она засмеялась, но на этот раз голос подвел. Она повернула к нему левый профиль, глядя на него лишь искоса.