Жрец скользнул по ним равнодушным взглядом.

- Самое большое богатство для мачири наша Боа.

Грохот барабанов усилился. Хейс выругался, рука сама потянулась к кольту.

- Послушай, Викима! Ты, видно, забыл про огонь Железного Пальца, - с угрозой проговорил он. - Если будет выпущена хотя бы одна стрела, потом мало кто из мачири уцелеет. Разве ты этого хочешь?

Старик склонил голову. Хейс грубо ухватил его за плечи.

- Решай скорее, Викима. Решай!

Старик гордо высвободился, молча вышел из хижины и поднял руку в знак того, что хочет говорить. Hа поляне тотчас все стихло. Десятки горящих глаз впились в жреца. Он выждал паузу и четко произнес:

- Бледнолицые - мои гости. Я все сказал!

Глухой ропот разнесся по поляне. Hо Викима уже скрылся в хижине. Через минуту разбрелись кто куда и индейцы.

У Элла отлегло от сердца. Он с удовлетворением отметил, что его фортуна явно милостива к нему.

* * *

Одно удручало Хейса: Викима наотрез отказался выделить проводников в джунгли.

Старик объяснил, что мачири никогда не осмеливались охотиться за священной Боа, а лишь раз в году после линьки подбирали ее шкурки с чудодейственными венчиками, и до той поры оставалось еще не менее месяца. Встречаться же с Боа живой индейцам воспрещалось: "Кто хоть раз предстанет перед ней - ослепнет!".

Так гласило их поверье. И мачири строго придерживались его.

Хейс решил не терять даром времени. Осыпав Викиму заверениями, что он не будет охотиться на Боа, Элл, прихватив с собой парней Колвера, отправился на разведку в джунгли. Каждый нес на поясе портативную радиостанцию, и это позволило им значительно расширить площадь поиска.

Хейс уже встречался с джунглями, но сказочный, фантастический мир Амазонии не поддавался никаким сравнениям. Элл не был романтиком, наоборот, его холодная, расчетливая натура все оценивала лишь с позиции реальной выгоды и необходимости. Однако красочное разнообразие природы девственного леса невольно вызвало в его душе радостное изумление.