В сером предрассветном сумраке яростно ревели вертолеты. Генерал Аллен, убедившись, что «кобра» со спецподразделением уже приземлилась, опустил циновку на окне рыбацкого домика, в котором расположился штаб группы американских военных советников.
— Они здесь, — коротко бросил он агенту ЦРУ, сидящему в плетеном кресле.
Тот молча кивнул, но не двинулся с места.
Генерал раздраженно фыркнул и вышел из комнаты, чтобы встретить Холланда, который прибыл сюда со своими ребятами по приказу Пентагона. Аллен всегда недолюбливал людей из Лэнгли,
Впрочем, к черту! Холланд сообразительный парень, и сам поймет, что запахло дерьмом.
Стоя на веранде, генерал молча смотрел, как подразделение Датча выгружается из вертолета. Первыми соскочили на песок Блэйн и Маккуэйд, бывшие морские пехотинцы, прошедшие вместе Вьетнам и побывавшие в сотне передряг. Аллен никогда не мог понять, что объединяло задиристого здоровяка Блэйна, вечно жующего табак, и флегматичного чернокожего сержанта Маккуэйда, рассудительного и хладнокровного.
Затем из вертолета показались массивные плечи индейца Билли. Его широкоскульное лицо было абсолютно бесстрастным. Оно оставалось таким даже тогда, когда Билли смеялся, что, впрочем, случалось довольно редко. Вслед за Билли на песок выпрыгнул радист группы Хокинс. Пятым вылез невысокий черноволосый крепыш Панчо, молчаливый и серьезный; этот срупулезно выполнял любой приказ.
Последним покинул вертолет Холланд. Расправив широкие плечи, он осмотрелся по сторонам и зажег сигарету. Увидев генерала, он что-то коротко сказал остальным и неторопливо подошел к веранде.
Аллен молча протянул ему руку, и майор так же молча пожал ее. Несколько секунд они смотрели друг на друга, пытаясь определить, что изменилось за год, что они не виделись.
— Рад тебя видеть, Датч, — сказал, наконец, Аллен.