Тьма поспешно упала на пески - как будто невидимая рука задернула плотный полог. Ренар, подбрасывая в костер мелкие сухие ветви сломанного саксаула, всматривался в глухую черноту. В отдалении - ночь скрадывала настоящее расстояние -- мерцала пара зеленых, светящихся точек. Точки двигались по кругу, временами исчезали, чтобы вспыхнуть в другом месте. Хищник? Пару раз французу показалось, что он слышит мягкие, осторожные шаги. Спящий Джамал в свете костра как никогда напоминал статую -- Ренар не стал будить проводника, осторожно достал пистолет и взвел курок. Сухой щелчок металла прозвучал неожиданно громко. Огоньки мигнули напоследок и исчезли. Джамал неожиданно потерял невозмутимость истукана, беспокойно перевернулся во сне, откинув руку, пробормотал что-то не незнакомом языке. Ренар замер, вслушиваясь, вглядываясь в насторожившуюся, потревоженную темноту, ночь дышала едва ощутимым ветром, шептала шелестом осыпающегося песка, острые, злые лучи крупных, чужих звезд кололи глаза. Холод ночи, вытеснив дневной зной, упрямо боролся с теплом костра. Ренар метнул в пламя кусок дерева - круг света немного расширился. В тот же миг что-то грузное, приземистое, но проворное, метнулось сквозь зыбкую границу света и тени в темноту, волоча за собою тяжелый хвост. Ренар прицелился, метя по вновь мелькнувшим светлячкам глаз. Сухой треск выстрела разорвал осторожную, бархатную тишину. Пронзительный визг царапнул слух, невидимое в темноте грузное тело шумно забилось, расшвыривая песок. Зашевелились беспокойно потревоженные верблюды. Ренар помедлил - идти в темноту не хотелось - невидимый пришелец, повозившись, утих. Джамал проснулся и сел, забавно вертя головой.