Полевые сборы были нужны будущим авиаторам, как четаржу Холлоре — курс прикладной механики. Традиционно считалось, что месяц в условиях полевого лагеря пойдет курсантам на пользу. Строевая подготовка, стрельбы, отработка навыков рукопашного боя — все то, что в принципе может пригодиться летчику-атмосфернику. При случае. Раз или два в жизни. Курсанты привычно терпели маразм, тем более что на сборах бывало и весело. Если бы не эльфы и не шаловливые руки четаржа… и не два десятка других дурных привычек Холлоры.

Учебный взвод тихо закипал. Конечно, ничем особым это четаржу не грозило. По максимуму светило ему стать жертвой одной из тех проделок, которые курсанты вспоминают до самого выпуска, а после с наслаждением смакуют при встрече. Обычно все эти пакости не слишком отличались от проделок подростков в летних школьных лагерях. Арье такие развлечения казались глупостями — мстить, так мстить по полной, а если не хочется, то нечего и возиться с шалостями. Она плохо понимала шутки и мелкие гадости.

«Слишком серьезная, — говорили ей. — Расслабься, один раз ведь живем!». Арья морщилась и отворачивалась. Она не слишком любила дискутировать или спорить. Ей очень хорошо было ясно, что — да, живем один раз. Именно поэтому не стоит тратить время на всякую ерунду. Вылезать из окна казармы, перемахивать через забор и до утра гулять по городу — а потом две недели подряд драить коридоры и душевые? Ради чего — ради распития под луной сока, перемешанного с водкой, купленной втридорога в круглосуточном магазинишке?

За эту упрямую серьезность, за здравый смысл, читавшийся на лице курсантки Новак, она второй год ходила в помощниках командира отделения, и комзвода подпоручик Коврова, на нее надышаться не могла.