— Уф, блин, — Сергей остановился и опустил на снег приглушённо матерящееся «тело».

Кажется, Водопьянов остался доволен. Ничего не сказав, он молча развернулся и побрёл обратно к казарменному модулю. Что ж, порой молчание бывает красноречивее слов.

«Сбор», — знаками приказал Полесьев.

— Теперь ты меня тащи, — улыбнулся Ефимов, чувствуя, как на лбу образовываются первые капельки пота. Боец, не поняв шутки, вытаращился на вытирающего пот старшего прапорщика.

— Да пошли, пошли! — поторопил его улыбающийся Ефимов и, не дожидаясь, когда Симонов поднимется на ноги поспешил к созывающему личный состав группнику. Продираясь по снегу, он поглядел в спину удаляющегося старлея: этот молодой офицер в своей неугомонности успевал проверить как идут занятия в группах своей второй роты, а потом в порыве боевого энтузиазма обычно добирался до одной-другой группы соседей. Группники же меж собой материли столь рьяного старшего лейтенанта, но понимая, что в чём-то его «проверки» им даже помогали, открыто не протестовали. Вот и сейчас Полесьев только фыркнул, но промолчал. Опыта у старшего лейтенанта всяко было больше. Как-никак, а за его плечами одна чеченская командировка уже была.

— Конец занятиям! — объявил лейтенант Полесьев, лениво прохаживаясь перед вытянувшимся вдоль дороги строем. Итоги были подведены, действия каждого были разобраны и разложены по полочкам. Словно о чём-то неожиданно вспомнив, группник повернулся к стоявшему чуть в стороне Ефимову. — Товарищ старший прапорщик, у Вас есть что добавить?

— В принципе только одно: при внезапном появлении противника возможна такая ситуация, когда справа или слева от группы будет открытая местность. Тогда тройкам следует действовать сообразно обстановке, смещаясь и занимая позиции в направлении укрытий. Всём ясно?