И зачем только она отправилась в это путешествие! Как хорошо и весело жилось ей там - на милой, доброй Земле.

Анжела понуро вернулась в жилище, легла на свою лежанку, закуталась в ворсистый лист пиру. Она с грустью вспомнила свою мягкую постель с тонкими оранжевыми простынями, нежно пахнущими фиалкой. Дома у каждого из них постель имела свой цвет: у мамы - розовая, у папы - голубая. И каждая пахла какими-нибудь цветами.

Анжеле тогда казалось, что так будет всю жизнь, что по-другому просто не бывает...

Ее разбудили голоса с улицы:

- Эй, Муно! Цуцу! Идемте гулять.

Муно вскочил, протер глаза и, покачиваясь, пошел к выходу, сонно бормоча:

- Цуцу! За мной! Ско... - но вдруг осекся и смущенно обернулся к девочке: - Совсем забыл, Цуцу. Не сердись. Хочешь пойти с нами гулять?

- Хочу, - улыбнулась Анжела. - Конечно, хочу.

И, взявшись за руки, они вышли из жилища.

- Куда пойдем? - весело спросила Лула. - К Горячему озеру?

- Нет-нет, куда-нибудь в другое место, - поспешно сказал Тути.

- Сегодня пусть решает Цуцу. - Лула хотела было погладить Анжелу по волосам, но, спохватившись, отдернула руку. - Цуцу, куда бы ты хотела пойти?

- К скалам, - не задумываясь, ответила девочка.

Переглянувшись, юные париане согласились.

Сначала они шли по гладко вытоптанным улицам Городища. Справа и слева возвышались сводчатые жилища париан с овальными отверстиями для входа. Вокруг каждого жилища и прямо посреди улиц в беспорядке росли большелистые, прямоствольные деревья с крупными ярко-оранжевыми плодами. Их никто не сажал, и они росли, где хотели...

Улица кончилась, незаметно перейдя в дорожку с разбегающимися в разные стороны тропинками. Самая узкая и неприметная вела к подножию Каменной стены, отрезавшей страну париан от остального мира.