Она остановилась, размышляя.

— Длинный список. — заметил он.

— Я не закончила.

— И чересчур длинный для такой, как ты. — продолжил он так, словно она не ответила. — Ты слишком юна для столь тяжелых оков.

— В самом деле? Иногда я чувствую себя древней. Мне жаль, что мой отец никогда не узнает, насколько он повлиял на меня, пусть, увы, и не так, как он хотел бы.

— О, да — еще мне жаль, что я не узнала больше о том, чье имя я ношу.

— Он гордился бы тобой. Также как и я; я в этом уверен.

— Мне все же хотелось бы узнать его.

— У людей есть поговорка насчет сожалений. Иногда я думаю, что они мудрее любого из нас, даже мудрее Изначальных, а иногда — что они невежественней булыжника.

Они странный народ — но это же можно сказать про всех нас.

Они говорят: "жалею об одном — о том что не сказал." Я хотел бы сказать подобное. Есть так много того, что я мог или должен был сделать, так много того, чего я хотел бы избежать, или сделать иначе. Я принял ответственность за столь многое в судьбе галактики и показал себя недостойным. Будь я сильнее — быть может, Великая Машина осталась бы в моей власти и, возможно, Шеридан остался бы в живых. Возможно, я раньше узнал бы о Да'Кале и мог бы спасти свой мир. Может быть, я сумел бы образумить Синовала и увести его с края безумия, на котором он стоит слишком часто.

Но больше всего мне жаль, что я не могу спасти моего лучшего друга. Я видел его лишь раз за... двенадцать лет. Нет, больше. Тринадцать, четырнадцать. И тот, кого я видел пять лет назад... Хотел бы я знать — видел ли он во мне больше перемен, чем я видел в нем.

Давным—давно у Лондо было видение. Это дар его народа...

— Исчезающий в наши дни. — поддержала Л'Нир. — Есть разные теории о том, как это получается, но всякий раз видение оказывается правдой, хоть и редко когда это случается так, как кто—либо мог предполагать.