— Таня!
— Этот Дитер — детоубийца, — убежденно произнесла девушка, и ее глаза опасно сузились. — Что ж, тем лучше. ЕМУ понравится. О, это заставит его наконец зашевелиться!
— Что ты задумала?
Таня хищно ухмыльнулось, и Ильич похолодел.
— Ты с ума сошла, — тихо сказал он.
— Вот это новость, — хохотнула Таня и встала. — Мне пора. Как там без меня мой любимый?
— Таня, постой. Ты же знаешь…
— Знаю, знаю. Найти человека, найти предмет… Вы с твоим папашей это уже двадцать лет твердите, а толку? Мне надоело ждать. Этот гринго клеился ко мне всю дорогу, слюни пускал — а вдруг обломится экзотического секса! И они все такие, все…
К ним подошел, чуть подпрыгивая, Бу, и Таня замолчала, вопросительно глядя на сисадмина.
— Тут один заглядывал, пока ты в гугле рылась, — сказал он. — Зря, кстати, они все запросы записывают и потом смотрят, кому что интересно, так заглянешь в порнушку, а потом ЦРУ…
— Бу, тебе что надо? — резко спросила Таня.
— Так этот, который заходил, он сам к тебе подойти побоялся. Я-то не боюсь, а он — да, говорит, дурная примета с тобой разговаривать, ты извини.
— Ничего.
— Так он просил тебе ретаблос отдать, чтоб ты в монастырь отвезла.
Таня кивнула и взяла размалеванную яркими красками дощечку. Взглянув на ретаблос, она с нервным смешком показала его Ильичу. На картинке был нарисован европеец, в ногу которого вцепилась огромная радужная змея. В углу плыл по лиловому небу вставший на дыбы зверь с нимбом вокруг маленькой длинной головы. Подпись гласила:
Карлос был так беден, что от отчаяния решил продать свою землю одному гринго, который готов был дать половину денег в задаток. Но когда гринго пошел смотреть участок, его укусила змея, и он умер, а задаток остался у Карлоса и земля тоже, так что он смог раздать долги и купить новый насос для колодца. За это Карлос благодарит Святого Чиморте.
— Ну хоть кому-то повезло, — звенящим голосом проговорила Таня. Сердито тряхнув головой, она выбежала прочь. В открытую дверь порывом ветра швырнуло горсть пыли, и в детском углу загрохотал пулемет.