— Какая-такая «петрушка»?! — кипит режиссёр, — И почему опять глазами стрелял?! Про «Зосю» свою не можешь забыть?!

— Про «Зосю» тоже! — внезапно кричит актёр. — И про квартиру кооперативную! Вечером перекличка, из театра надо отпрашиваться. Тебе бы мои заботы, Никита!

— А тебе бы — мои. Квартира, Сергуня, это далеко и долго, зато обделаемся мы все здесь и сейчас… (Поворачивается к оператору.) Митя, как у тебя?

— Бездарно, поэтому отлично.

— Не фиглярствуй! Что было в кадре?

— В основном она, его я брал со спины.

— Ну, с Ларочкой пока нет проблем, от неё у зрителей, что положено, встанет по стойке «смирно»… — Режиссер успокаивается. — Лара, я же тебя просил. Опять занимаешься чулками?

Теперь взвивается уже актриса:

— А я предупреждала! Если б костюмы привезли, например, из Италии, а не заказывали в ателье при Мюзик-холле…

— Боже, о чём вы все думаете во время съемок?! — всплескивает руками режиссёр.

— Да! Да! Женщина, выходя на подиум, думает не о том, как она будет изображать с мужчиной любовную сцену, а о том, всё ли у неё в порядке с туалетом! Открою тебе тайну — это нормально!

— Ладно, ладно, нормально. Потом подредактируем… Я хотел с тобой о другом. — Режиссёр отводит актрису подальше от чужих ушей. — Солнышко, сделай этому импотенту массажик. Какой-то он сегодня…

— Хорошо, Никитушка. Сделаю от души, как тебе.

— Нет уж, постарайся! «Как мне»… Он озабоченно смотрит на часы.

НА БАЛКОНЧИКЕ

ДИРЕКТОР. Что там у тебя за история с Сусловым?

СЦЕНАРИСТ. Ох, Филя, задолбали уже… Не с Сусловым, а с Юрием Владимировичем. Шеф пригласил меня давеча в Кремль — чаю попить, поболтать о том о сём.

ДИРЕКТОР. По делу или…

СЦЕНАРИСТ. Никаких «или». В качестве двоюродного племянника я у Андропова не бываю. Только как секретарь Союза писателей. Назрели оргвопросы, нужно было обсудить.