Дело принимало нешуточный оборот, и я решил, не тратя попусту времени, навестить моего ближайшего друга Теодора Клеветона, ибо я понимал, что у него-то я получу хоть какие-то сведения.
- Сми-ит! - сказал он, растягивая, по обыкновению, слога. - Сми-ит! Как, неужели генерал Джон А. Б. В.? Дикая история с этими ки-капу-у, не так ли? - нет, правда? - отчаянная голова-а, ужасно жаль, честное слово! - век удивительных изобретении! - чудеса-а хра-а-брости! - кстати, слыхали вы о капитане Манне?
- К черту капитана Манна! - отвечал я. - Продолжайте, прошу вас...
- Гм... ну, что ж... совершенно la meme chooose {То же самое (франц.).}, как говорят у нас во Франции. Смит? Бригадный генерал Джон А. Б. В.? Ну, знаете ли (тут мистер Клеветой почему-то приставил палец к носу) не хотите же вы сказать, что никогда не слышали об этой истории - нет, вы признайтесь честно, положа руку на сердце. - Смит? Джон А. Б. В.? Господи! да это же человек...
- Мистер Клеветой, - сказал я с мольбой, - неужто это человек в маске?
- He-ет! - протянул он лукаво. - Но и с лу-уны {11*} он тоже не свалился!
Ответ этот я счел за рассчитанное и прямое оскорбление, а потому тут же в глубоком возмущении покинул этот дом, решив призвать своего друга, мистера Клеветона, к ответу за его невоспитанность и недостойное джентльмена поведение.
Тем временем, однако, я не имел мысли отказаться от получения столь важных для меня сведений. Мне оставалось лишь одно. Направиться прямо к источнику. Явиться к самому генералу и потребовать, языком простым и понятным, ответа на эту проклятую тайну. Тут уж не ускользнешь. Я буду краток, властен, деловит, прост, как Писание, и лаконичен, как Тацит {12*} и Монтескье {13*}.