Итак, все было напрасно.

За сто лет люди научились делать алмазы, красивее, чем те, которые он нашел. Он не был богат, потому что на Земле теперь этого понятия не существовало. Он смутно предчувствовал, что что-то будет не так, когда рылся в синей глине далекой планеты, но всегда считал, что люди по своей природе дурны и никогда не договорятся между собой. Не было уже «Юнайтед компани», личных знаков, заявок, адвокатов по космическому праву.

Перед ним лежали карты и фотографии далекой планеты, которую он называл своей — там погибли оба его друга.

Не он вынул эти снимки из телефотографов своего старого, помятого корабля. Их сделал этот синеглазый красивый юноша при помощи спутников, радиозондов и телеобъективов другого межпланетного корабля. Он потратил на это тридцать лет, а этот, синеглазый, проделал тот же путь за три года и вернулся молодым.

— Вот тут стоял радиомаяк, — рассказывал капитан. — Вы нашли очень удобное место для посадки.

Там была песчаная полоса — это видно на снимке — с одной стороны море, с другой — тропический лес.

— А вы видели гигантские волны? — спросил его молодой. Вряд ли может быть более красивое зрелище.

Песчаная полоса была шириной в несколько километров. Проникнуть в лес было невозможно. Ракета приземлилась на единственном возвышении у его опушки. Пока двое работали, третий наблюдал за морем. Время от времени, иногда два — три раза в день, с моря накатывались гигантские волны высотой в десятки метров. Пока такая волна, смывая все на своем пути, вздымала песок, они прятались в ракете. Однажды, когда нахлынула эта зеленая волна, в корабле их оказалось только двое. Третий не успел. Зеленая волна, покипев в иллюминаторах, отхлынула. Но на этот раз особенно долго стекали по стеклам ее капли…