— Это еще не все, — сказал Белоусов, — его отделения есть в Баку, Одессе, Риге, Петербурге, Москве, Оренбурге, и, кажется, в Омске. Да если бы только Эльснер! А сколько отделений «Зингера»! Один Сивере чего стоит… Все пороховые заводы державы в руках Эльснера. — От досады полковник сломал мундштук длинной белой папиросы, которую собирался было закурить.

— Мы на грани войны, а порох у Сиверса?

— Парадоксально, но факт. Выходит, милостивый государь Василий Федорович, активность немцев отмечается не только в Туркестане. Странно, очень странно ведет себя граф Пурталес

— Но то же самое делают и британцы, разве не так?

— Да, пожалуй, только англичанам свойственна осторожность и сдержанность. Немцы напористее. Намереваются парализовать промышленность и торговлю.

— Выходит, война все-таки неизбежна?

— По нашим сведениям, в Берлине проводятся постоянные секретные заседания Комиссии Государственной Обороны рейхстага. Разработан общий план организации шпионажа и засылки агентуры в наш глубокий тыл. Не исключено, что торговые фирмы принимают к себе на службу агентов германского военного министерства. Вот почему происходит такой наплыв немцев в Россию. Кстати, чтобы фирмы не боялись возможных убытков, германским казначейством им обещано денежное возмещение понесенных расходов.

— В Петербурге что-нибудь предпринимают?

— Да, конечно, — коротко ответил Белоусов. Он мог бы много рассказывать Бражникову о немцах, но о действиях своего ведомства предпочитал не распространяться. Бражников это понял.

— Одним словом…

— Одним словом, — перебил его Белоусов, — немцы замышляют быстрый захват нашей промышленности и торговли. В Туркестане они ищут опору в среде мусульманского духовенства. Через мулл пытаются воздействовать на сознание туземцев… Да, не будет единства между туземным населением и русскими — не будет и прочного тыла.