Стихло. Только вдалеке еще как будто говорили. О чем? Кто?

Или ходит это? Но за спиной его дышат.

- Кто тут? - вскрикнул Жогин, поворачиваясь, и столкнулся с взглядом из темноты открытых глаз.

Они мерцали, огромные, словно тарелки. В них вихрились и перебегали синие мелкие точки.

- Кто тут? - прохрипело ниже страшных глаз, и Жогин выстрелил в них. Выстрел был ужасен - дрогнула земля, Жогин зажмурился от мощи светового удара.

Пронесся визг, удесятерился, усотился...

Визжала вся долина. Жогин бросился бежать к ракете, мерцающей иллюминаторами. Он спотыкался, поскальзывался на чем-то мягком. Вскочил на трап, вломился в ракету и крикнул люку:

- Закрывайся!

Лязгнув, железная стена отрезала и ночь, и все непонятное в ней.

...Жогин не спал до утра. Но и утро напугало: рассвет был тускл и страшен, как небритое лицо убийцы.

Затем пошел красный дождь.

Он булькал и чавкал, покрывал землю кровавыми лужицами. Были видны ряды грибообразных фигур. И под каждым (Жогин это ясно видел) сидел задастый жирный зверь фиолетового цвета. Если учесть напитавшую шерсть красноту дождя, звери, наверное, были синего цвета.

Они скрывались от дождя под большими шляпами.

- Но это же грибы! - воскликнул Жогин. - Определенно! Вон шампиньон, а это игольчатый дождевик. И живые - шевелятся!

Грибы были с взрослого крупного человека. Но много торчало кривых и маленьких. Одни были желтыми лепешками, другие шарами, колоннами, кустами. Все это разнообразие ежилось, шевелилось, тянулось куда-то. И будто в тяжелом сне.

Один торчал напротив ракеты. Серый, облипший толстыми пленками, он глядел на ракету чудовищно разинутым серым глазом.

Из треугольного безгубого рта стекала слюна. Фиолетовый зверь, задрав хвост кисточкой, мочился на него. Потом скучливо посмотрел туда-сюда и стал откусывать кусочки грибной мякоти.

Гриб застонал, завел глаз вверх. Рот его беззвучно раскрывался.