Айнагур усилием воли подавил вопль ужаса. Как?! Неужели это правда?! Волшебное зеркало Ханнума, которое отражает истинный облик… Неужели это он? Неужели он был бы сейчас таким, если б не… Бред какой-то… В коридоре послышались шаги. Айнагур захлопнул дверь и немного постоял, прижавшись лбом к прохладному косяку. Наконец собрался духом, повернулся к зеркалу и увидел… своё отражение. Лицо землисто-серое, губы трясутся, мокрые волосы прилипли к вискам. Он решил, что сходит с ума. А может, просто переутомился? Надо отдохнуть, отоспаться, забыть пока о работе, а то ещё не такое почудится.

Несколько дней всё было в порядке. Айнагур успокоился, только ругал себя за то, что ударился в суеверие. Подумать только — волшебное зеркало! Он и в детстве-то не особенно верил в дедовы сказки.

"Это" повторилось дней через семь. Войдя в комнату, Айнагур сразу упёрся взглядом в зеркало и почувствовал, как волосы зашевелились у него на голове. На него опять смотрел тот полуразложившийся мертвец. В дверь постучали — слуга принёс ужин. Айнагур крикнул, что ничего не надо, и не узнал собственного голоса. А слуга, наверняка, даже не удивился. Он давно уже привык к угрюмому, раздражительному нраву своего господина. Айнагур медленно обернулся… По поверхности зеркала, словно по водной глади, пробежала лёгкая зыбь — и он увидел своё смертельно-бледное лицо. Так значит, это странное изображение появляется, если из коридора падает свет беноновых ламп! А если дверь закрыть, исчезает, но не сразу. Дождавшись, когда утихнут шаги слуги, Айнагур снова распахнул дверь. Невероятным усилием воли заставил себя обернуться. Чудовище было там. Оно таращилось на него из глубины зеркала чёрными провалами глазниц и ехидно скалило жёлтые зубы. Айнагур выключил в коридоре свет и вернулся в комнату. В зеркале никого не было. Даже его отражения. Подошёл поближе — всё равно никого. Вот так фокус! Когда-то в Валлондоле его раздражало озеро Сан-Абель.