На песчаной отмели боролись двое. Неподалеку валялся ненужный кинжал. Тем двоим, одержимым скверным желанием, когда из двух существ в живых должен остаться только один, оружие было без надобности.

Два посторонних, два чужих человека. Право, Донату совершенно не интересовали их мелочные обиды и способ, с помощью которого они выясняли отношения. Может, приди она пораньше, на ее долю досталось бы зрелище красочней пустой возни двух потных мужиков. Кто прав, кто виноват – не все ли равно?

Тот, кто лежал внизу, оказался молодым парнем. Длинные волосы закрывали пол-лица, при каждом резком движении били по плечам, смешивались с желтым речным песком, по цвету почти от него не отличаясь. Донате удалось разглядеть плотно сжатые зубы и длинную царапину на щеке.

Щекочущее, как кожный зуд, любопытство, заставило ее совершить невозможное. Изогнувшись как змея, она скользнула по песчаной отмели, свободной от растительности, к корням ивы, надежно спрятав гибкое тело за длинными, свисающими до самой воды ветвями.

Парочка, увлеченная борьбой, по-прежнему не замечала ее присутствия. Зато отсюда Донате отлично были видны подробности. Светловолосый парень сопротивлялся отчаянно. Его рубаха представляла собой испачканные в крови лохмотья. В прорехах виднелись глубокие порезы. Тот, кто был сверху, оказался сильнее. Светловолосый попытался перевернуть его на спину, но бестолковая возня ни к чему не привела. Парень всхлипнул от боли, и Доната в тон ему поморщилась: она отчетливо представила себе, каково это, когда в свежие раны попадает песок. По всей видимости, одна рука у него была сломана.

Парень извернулся, здоровой рукой пытаясь схватить нападавшего за горло. Ему это удалось. Некоторое время он ожесточенно сопел, все крепче сжимая руку. Отчаянная надежда сменилась стоном разочарования. Судя по всему, нападавшему хватка мешала – но и только.