- Это знания, - сказал "монах".

- Мм, - ответил я, пытаясь понять, не разыгрывают ли меня. У пришельца ведь тоже может быть развито чувство юмора, почему бы и нет? А если он врет, то как прикажете разбираться в этом?

- Память во многом строится на свойствах определенных органических молекул рибонуклеиновой кислоты, - сказал "монах". - Она присутствует и действует в нервных системах большинства органических существ. Угодно ли вам изучить мой язык?

Я кивнул.

Он вынул одну из таблеток и сорвал с нее обертку, которая упала на стойку, шурша как целлофан. "Монах" вложил таблетку мне в руку и сказал:

- Глотайте сразу, пока она без обертки не испортилась на воздухе.

Таблетка была раскрашена, как мишень, красными и зелеными кругами. Она была большая и в горло прошла с трудом.

- Вы сошли с ума, - задумчиво сказал Билл Моррис.

- Сейчас мне и самому так кажется. На поставьте себя на мое место. Передо мной сидел "монах", пришелец, посол ко всему человечеству. Вряд ли он стал бы скармливать мне что-нибудь опасное, не взвесив самым тщательным образом всех возможных последствий.

- Значит, по-вашему, не стал бы?

- У меня тогда сложилось именно такое впечатление. - Тут я вспомнил о том, как влияет на "монахов" алкоголь. Это была память из таблетки, она всплыла как что-то, известное мне с пеленок. Но теперь вспоминай - не вспоминай...

- Язык, - продолжал я, - может многое поведать о человеке, который говорит на нем, о его образе мышления и жизни. Видите ли, Моррис, язык "монахов" может многое рассказать о самих "монахах".

- Зовите меня Билл, - перебил он раздраженно.

- Хорошо. Возьмите для примера "монахов" и алкоголь. Алкоголь действует на "монаха" так же, как и на человека, понемногу истощая клетки мозга. Но в кровь "монаха" алкоголь впитывается гораздо медленнее, чем в кровь человека. Посвятив выпивке один вечер, "монах" потом не трезвеет целую неделю. Верно, что в понедельник он ушел от меня трезвым. Но к вечеру вторника он, должно быть, изрядно захмелел...