Изящные брови брюнета поползли к напомаженным волосам.

- Как же так, Рододонт Селевкидович! Вы же сами дали задание на пересмотр проекта, а там болт без аксонометрии. Вот и приходится исправлять, - он пренебрежительно ткнул отполированным до блеска ногтем в раскрытый альбом с салатовым корешком, лежавший на столе. Начальник понимающе кивнул, сказал тихонько: "Ага", - и уже хотел оставить брюнета в покое, как вдруг подскочил на месте и закричал:

- Но почему вы?! Вы же узловик, а не деталировщик. Не говоря уже о том, что вы потеете над узлом вместо того, чтобы заниматься проектом в целом. Да с какой стати вы вообще взялись за деталировку?! Зачем расходовать лишнюю энергию на шоу-кульмане и косвенно способствовать загрязнению окружающей среды, когда есть Даня с ручным кульманом? А?!

Брюнет скривил тонкие губы, качнул бровями и глубокомысленно заметил:

- Слишком уж хитрая здесь резьба, Рододонт Селевкидович, чтоб доверить её деталировщице. Вы же понимаете: упорно-левая, этим всё сказано! Кстати, не думайте, что Даня сидит без дела. По моему указанию она выполняет чертёж ответной детали, так что пересмотр проекта продвигается.

Рододонт Селевкидович оживился, пробормотал: "Интересно, интересно", и отстранив плечом новичка, которому безбрючный хлыщ украдкой подмигнул, затрусил рысцой по первой розовой дорожке. Тут же комнату сотряс новый начальственный вопль, ничуть не уступавший первому:

- А это что такое?! Что это такое, я вас спрашиваю?!

Предоставленный сам себе юноша решил воспользоваться правом входа на женскую территорию и последовал за начальником. Рододонт Селевкидович впал теперь в совершеннейшее беспокойство, топал ногами, потрясал кулаками и разве что не метал гром и молнии. Деталировщица Даня рассматривала начальника с самым невинным видом. Её глазки цвета морской волны были исполнены поистине южной неги, лучистые ресницы трепетали, словно крылышки запутавшейся в паутине бабочки. Время от времени Даня поправляла правой рукой золотистые, с лёгкой рыжиной кудрявые локоны, а левой поглаживала подол коротенькой полупрозрачной комбинации с соблазнительной кружевной вставкой, шедшей от груди до миленького пупка. Иной одежды, кроме бархатных туфелек на умопомрачительно высоких каблучках в форме клюва, на девушке не было.