— Нокаут, — констатировал Озол. — Вот они, ученые, герои, забывающие себя в труде!..

— Уел, — сказал Баржин. — Ох и уел же ты меня, Вадим Сергеевич! Ну и ладно, напьемся.

«Камин затоплю, будем пить…» — Цитатчик, — грустно сказал Озол. — Начетчик. Как там еще?

«Знает он или не знает? — размышлял Варжин. — Похоже, что нет. Но тогда почему не спрашивает, чем сегодня кончилось? Выходит, знает. Черт бы их всех побрал вместе с их чуткостью и тактичностью!» — Кстати, шеф, заодно обмоем маленький гонорар, — скромно сказал Озол.

— Что?

— «Сага о саскаваче».

— Где?

— Есть такой новый журнал, «Камчатка». В Петропавловске. Случайно узнал, случайно послал, случайно напечатали… Бывает!

— Поздравляю!

— Ладно, — буркнул Озол. — Поздравлять после будете. Потом. А пока накрывайте на стол. Ведь сейчас собираться начнут. Не у всех же склероз. А я займусь кофе. Что у вас там есть?

— Сами разберетесь, — сказал Баржин.

— Разберусь, естественно. — Озол скрылся в кухне, и вскоре оттуда раздался его страдальческий голос: — И когда я научу вас покупать кофе без цикория, Борис?

«Знает, — решил Борис. — Конечно, знает. Ну и пусть». Почему-то ему стало полегче — самую малость, но полегче.

IV

Озол таки знал.

С самого утра у него все валилось из рук. Даже правка старых рукописей — работа удивительно интересная, которой он всегда вводил себя в норму, — и то не шла.

Он пытался читать, валялся на диване, курил… С четырех начал дозваниваться в лабораторию — тщетно! И только около семи ему позвонил Гиго.

Итак, первая попытка оказалась неудачной. Плохо… Но и не трагедия.

— С шефом здорово неладно, — сказал Гиго. — Я, конечно, понимаю, что ему тяжелее всех нас, но… Он даже не попрощался ни с кем. Я такого не помню.