- Ты смеешь сомневаться, червяк, в моем могуществе? Разумеется,  может. Он еще ни разу не подводил.

   - Но, хозяин, вы же сказали, что это первый...

   - Побольше  развешивай  уши!  А  теперь  позаботимся  о  транспорте.  - Крючковатые пальцы Сон-Амока задвигались, сплетая замысловатый узор одному ему известного заклинания. Глотка притаился в углу в страхе перед  силами, коими с такой легкостью повелевал его господин. Вспышка, клубы дыма, взмах огромного  плавника  -  и  вот  на  каменном   полу   лежит,   трепыхаясь, тридцатифутовая летучая рыба.

   - Хозяин, вы уверены...

   - Быстрее, дурак! -  вскричал  Сон-Амок,  вставляя  в  трясущуюся  лапу приятеля чашу со смертоносной смесью. - Дареной рыбе в  зубы  не  смотрят! Пока она не исчезла, седлай ее и лети в "Веселую вдову"!

   Ничего не подозревавший Гондон  спокойно  упивался  себе  до  свинского состояния, когда в таверну  проскользнул  перепуганный  Глотка.  На  улице перед входом его крылатый конь судорожно глотнул, хлопнул жабрами и  затих навеки. Гондон уперся в вошедшего мутным взглядом.

   - Эй, - заявил он. - Я тебя где-то видел.

   - Ну конечно.

   - Тогда садись, выпьем.

   Глотка осторожно поставил свою  смертоносную  ношу  Гондону  под  стул, высосал содержимое кружки и выскользнул вон. Последнее, что  было  слышно, прежде чем Глотка устремился обратно  в  логово  Сон-Амока,  -  это  вопль омерзения, который  оный  испустил  при  виде  оседланной  рыбы,  покрытой копошащимся ковром голодных портовых кошек.

   С его ухода прошло  совсем  немного  времени,  когда  Гондон  обнаружил сливовый мусс.

   - Прошиби меня сопля! - вскричал он. - Это не иначе дар богов!

   Не задумываясь ни на минуту (ни даже на полминуты), он залпом проглотил содержимое чаши, плюхнулся с довольной отрыжкой на стул и  потянулся  было за пивом, но не успел сделать и  глотка,  как  сработал  дьявольский  план Сон-Амока. Сливовый мусс взорвался.